Финансовая передышка: центр смягчает кредитную нагрузку, но без усилий регионов эффект будет ограниченным

Президент России Владимир Путин на совещании по экономическим вопросам отметил новые инициативы «Единой России» по поддержке бюджетов регионов. Они касаются бюджетных кредитов, которые регионы должны погасить в 2027 – 2029 гг. Эти сроки предлагается перенести за пределы 2030 года. Ранее было принято решение о переносе погашения задолженности субъектов по бюджетным кредитам с текущего, 2026 года, на 2030 год. Благодаря этому в распоряжении регионов в нынешнем году появится дополнительно более 100 млрд рублей.

Президент России Владимир Путин поручил правительству подготовить проекты нормативных документов по переносу сроков погашения регионами задолженности по бюджетным кредитам за пределы 2030 года, соответствующее поручение глава государства озвучил на совещании по экономическим вопросам 22 июля 2026 года. Чтобы понять, какой эффект эта мера окажет на местах, надо спуститься с федерального уровня на региональный. Именно там, в конкретных цифрах и обязательствах, видна и цена вопроса, и границы возможностей этого инструмента.

Начнем с масштаба проблемы. Совокупный государственный долг российских регионов в 2026 году превысил 3,5 трлн рублей. Именно такую оценку дал министр финансов России Антон Силуанов, выступая 27 апреля 2026 года на заседании президиума Совета законодателей при Федеральном Собрании РФ. Около двух третей этой суммы приходится на бюджетные кредиты, выданные из федеральной казны. По данным Минфина, в 2025 году регионы потратили на обслуживание долга более 200 млрд рублей — это сопоставимо с тремя годовыми бюджетами таких регионов, как Хакасия или Псковская область. Для значительного количества субъектов платежи по кредитам уже превратились в самостоятельную статью, которая не позволяет финансировать развитие.

Хрестоматийный пример — Хакасия. При государственном долге около 25 млрд рублей и собственных доходах в 35,8 млрд рублей регион направляет на обслуживание и погашение долга суммы, сопоставимые с годовыми расходами на здравоохранение или образование. Однако такая ситуация сложилась в основном в связи с откровенно плохим качеством финансового планирования, осуществляемого правительством Республики Хакасия. Так, не угадали с параметрами бюджета по налогу на прибыль организаций в 2024 году (план — 20,7 млрд рублей, факт — 7,4 млрд рублей) и в 2025 году (план — 14,5 млрд рублей, факт — 7,7 млрд рублей). На 2026 год доходы по налогу на прибыль запланированы в сумме 15,2 млрд рублей, но с высокой долей вероятности фактические поступления снова составят менее 7 млрд рублей.

Примечательно, что бюджет в вышеуказанных параметрах принимался Верховным советом Хакасии большинством голосов на протяжении всех трех лет. Как итог – сумма задолженности хакасских бюджетных учреждений перед ФНС России по платежам, пеням и штрафам достигла 4 млрд рублей. При этом с начала текущего года задолженность выросла на треть.

Схожая ситуация в Иркутской области, где на 2026 год дефицит бюджета запланирован в сумме 24,8 млрд рублей, а губернатор Игорь Кобзев был вынужден в апреле 2026 года в ходе оглашения программного послания региональному Заксобранию публично просить депутатов поддержать сокращение расходов. Удмуртия, Карелия, ряд регионов Поволжья также входят в число тех, где долговая нагрузка приближается к критической отметке.

Важно понимать, на что именно идут кредитные средства. Вопреки расхожему мнению, большинство регионов привлекают займы не для инвестиций, а для покрытия текущих обязательств. Типичная картина: в декабре нужно закрыть год, выплатить отпускные учителям и врачам, рассчитаться по госконтрактам, а налоговые доходы упали. Приходится открывать кредитную линию под 19–20% годовых (а чаще всего – и выше), закладывая в расходы будущих периодов проценты, которые еще больше сужают бюджетное пространство. Именно поэтому возможность перенести платежи по бюджетным кредитам, самым дешевым в структуре долга — так востребована губернаторами. Особенно привлекательно в теме переноса погашения бюджетных кредитов для региональных властей выглядит неизбежная инфляционная уценка реальной суммы задолженности. Причем и в парламенте, и в кулуарах Госсовета, и на встречах с профильными федеральными министрами тема переноса сроков погашения долгов регионов поднимается постоянно, особенно представителями сибирских и северных территорий, где бюджетная обеспеченность самая низкая.

Таким образом, проектируемая мера – это, скорее, способ текущего выживания регионов, а не способ ускорения инфраструктурных проектов. Здесь прямая зависимость есть только для тех регионов, которые уже имеют готовые проекты и использовали бюджетные кредиты на их запуск. В большинстве случаев высвободившаяся ликвидность пойдет не на новые инфраструктурные начинания, а на погашение просроченной кредиторки, которая висит на бюджетах в течение нескольких лет подряд, а в отчетность запишут – как это делает ряд регионов – формальные показатели вложений в инфраструктуру, которых в реальности осуществлено не будет. Это по нынешним непростым для бюджетов временам не так уж и плохо — это означает, что регионы частично восстановят платежную дисциплину и облегчат бремя коммерческих кредитов. Но ожидать от отсрочки взрывного роста инвестиций в инфраструктуру было бы наивно, в особенности при сохранении низкого качества регионального бюджетного планирования. Требуется встречное движение со стороны самих субъектов Федерации: переход к консервативному бюджетному планированию, инвентаризация расходных обязательств и отказ от практики, при которой бюджет становится фикцией уже на момент его принятия. Без этого любое смягчение долговой нагрузки усилиями федерального центра будет паллиативом.