Безработица выросла в 55 регионах: масштаб проблемы или эффект низкой базы

По данным Минтруда, число безработных в сентябре выросло в 55 регионах страны. Речь идёт о тех, кто стоит на учёте в службе занятости. Сильнее всего численность зарегистрированных безработных выросла в ЯНАО – на 54% по сравнению с 2025 годом. В Марий Эл рост показателя составил 33%, в Белгородской области – 26%, в Ивановской – 25%, в Крыму – 21%. При этом в 30 регионах этот показатель снизился. Всего на конец сентября искали работу через службу занятости 276 200 человек. В целом по России их число относительно августа уменьшилось на 6,7%.

Говорить о начале массовой безработицы по этим данным преждевременно. Рост числа зарегистрированных безработных в 55 регионах – сигнал, требующий внимания, но количество регионов не показывает масштаб проблемы. Небольшое увеличение в нескольких субъектах может сочетаться с существенным снижением в других. Кроме того, здесь сопоставляются разные периоды: региональный рост рассчитан к сентябрю прошлого года, а общероссийское снижение на 6,7% – к августу текущего. Противоречия между этими цифрами нет.

Принципиально и то, кого считают. В службе занятости зарегистрированы только те, кто туда обратился и получил статус безработного. Люди, ищущие работу самостоятельно, в этот показатель могут не попадать. Общую безработицу Росстат оценивает отдельно, по обследованию рабочей силы. В сентябре она составила 2,2%, как и в августе. Поэтому корректнее говорить о неодинаковых изменениях на региональных рынках труда, а не об общероссийской волне увольнений.

Показателен Ямал: рост на 54% выглядит внушительно, но за ним стоит увеличение примерно с 714 до 1100 человек, то есть менее чем на 400. Это эффект низкой базы. Для каждого потерявшего работу ситуация серьёзная, однако такой прирост сам по себе не означает кризиса экономики округа. Следующий вопрос – кто именно остался без работы, в каких населённых пунктах и сколько времени занимает трудоустройство.

Причины в названных регионах могут различаться. На Ямале я бы проверял завершение строительных и подрядных проектов, изменение набора персонала, соответствие квалификации соискателей требованиям работодателей. В Крыму – сезонность туристической и связанной с ней занятости. Но сезонность объясняет осенние колебания, а для объяснения роста к прошлому сентябрю нужно установить, чем различались сами сезоны. В Белгородской области необходимо учитывать риски безопасности и связанные с ними ограничения работы предприятий. Для Ивановской области и Марий Эл важно проверить загрузку местных производств и возможность найти альтернативную работу рядом с домом. Это направления анализа, а не доказанные причины приведённых изменений.

Особенно осторожно нужно оценивать снижение регистрации в Ингушетии на 68%. Оно само по себе не доказывает, что все выбывшие из учёта трудоустроились. Нужны сведения о причинах снятия с учёта, миграции и фактической занятости. При этом 8890 соискателей на 100 заявленных вакансий – почти 89 человек на одно место – указывают на крайне напряжённое соотношение спроса и предложения именно в системе службы занятости. Нельзя распространять этот коэффициент на весь рынок: часть вакансий и соискателей находится за пределами такого учёта.

Вакансия может находиться далеко, требовать другой профессии или предлагать зарплату, которой не хватает на переезд и аренду жилья. Поэтому кадровый дефицит и трудности трудоустройства способны существовать одновременно даже в одном регионе.

Мой базовый прогноз – сохранение региональных различий с риском локального роста безработицы. Наиболее уязвимы территории, зависящие от одного крупного предприятия, узкого круга заказчиков или сезонной деятельности, а также населённые пункты с ограниченным выбором работодателей. Отдельного внимания требуют регионы с высокой нагрузкой на вакансии: прежде всего Ингушетия и Чечня. Здесь даже умеренное сокращение найма может заметно осложнить поиск работы.

При ухудшении спроса предприятия могут сначала сокращать вакансии, премии и рабочее время, а уже затем штат. Поэтому я бы следил не только за числом зарегистрированных безработных, но и за длительностью поиска работы, неполной занятостью, динамикой вакансий и реальных трудовых доходов. Объявлять происходящее возвращением к «естественному уровню» пока тоже рано: по одному месяцу такой вывод не делается. Главный риск для человека – не только потерять работу, но и надолго остаться без сопоставимого по доходу места.