Коровы под усыпление, села — под ЧС: Иркутский округ столкнулся с новым конфликтом

В Иркутском муниципальном округе ликвидация скота из-за вспышки узелкового дерматита быстро вышла за пределы ветеринарной операции. Жители Бутырок и Котов спорят с властями о диагнозах, месте сжигания туш и размере выплат, который для многих не покрывает стоимость потерянного хозяйства.

Очаги растут

Режим чрезвычайной ситуации в границах Оекского административного округа действует с 4 сентября. Ветеринарные службы выявили очаги заболевания в Бутырках и Котах, затем сообщения о случаях инфекции появились и в Турской. В зоне карантина ограничены перемещения животных, продолжаются подворовые обходы и внеплановая вакцинация на прилегающих территориях.

В первых сообщениях речь шла о восьми эпизоотических очагах и 96 головах крупного рогатого скота. По данным из местных пабликов, к 7 сентября число выявленных очагов выросло до 25, а к изъятию готовили 146 животных. Власти подтверждали необходимость уничтожения зараженного скота, объясняя это риском дальнейшего распространения инфекции.

В деревне Коты уже начали вывозить животных на уничтожение: их усыпляют, туши направляют на сжигание, а хозяйства после изъятия дезинфицируют. Жители, в свою очередь, публично заявляли, что не видели результатов исследований и не замечали внешних признаков заболевания у части животных. Это стало основой недоверия к действиям ветеринарных служб.

Цена личного хозяйства

Главный спор развернулся вокруг компенсаций. На встречах с жителями первоначально назывались ставки 224 рубля за килограмм живого веса крупного рогатого скота, 307 рублей — за мелкий рогатый скот и 190 рублей — за свиней. Владельцы хозяйств считают такие суммы недостаточными: для семей, которые держат животных ради молока, мяса и дополнительного дохода, изъятие означает потерю не только одной коровы, но и привычного источника обеспечения.

После визита губернатора Игоря Кобзева власти заявили о пересмотре выплат: за коров — до 304 рублей за килограмм, за мелкий рогатый скот — до 308 рублей, за свиней — до 250 рублей с учетом муниципальной доплаты. Также каждой семье в зоне ЧС обещаны 15 тыс. рублей. Власти называют новый размер компенсаций превышающим рыночную цену, однако первоначальные расценки уже сформировали у жителей ощущение, что их пытаются оставить один на один с последствиями эпизоотии.

Отдельный вопрос вызвало и место утилизации. Жители выступили против ямы, вырытой вблизи Бутырок и русла Сарафанки; после встречи с людьми губернатор поручил перенести площадку.

Иркутская история уже напоминает весенний конфликт в Новосибирской области, где массовое изъятие скота под предлогом борьбы с ящуром и пастереллезом вызвало протесты в селах. Владельцы животных тогда также жаловались на отсутствие документов о причинах уничтожения, низкие выплаты и давление со стороны силовиков: ветеринарные бригады приезжали вместе с полицией, а жители перекрывали подъезды к населенным пунктам.

Риск переложили на село

Основатель Telegram-каналов «Толкователь» и Proeconomics Павел Пряников отмечает, что реакция властей отражает устойчивую логику, при которой личное хозяйство воспринимается прежде всего как частный бизнес со всеми его рисками.

«Это некая установка, которая до сих пор живет и у региональных, и у федеральных властей. Такая очень праволиберальная, вместе с консерватизмом, кончено, идея. То есть, если ты пошел в бизнес, чем-либо занимаешься — это твоя зона риска, твоя ответственность. Ты сам отвечаешь за свои результаты. <…> Вот с теми же животными — страхуй их от всех случаев. Сам находи страховую компанию, которая тебе будет, если что, компенсировать», — считает эксперт.

По мнению Пряникова, такая позиция игнорирует реальное положение владельцев личных подсобных хозяйств: страхование животных не стало массовым и понятным инструментом, а доступный страховой продукт государство и местные власти фактически не сформировали.

«Сельское хозяйство — вообще рисковый бизнес, и урожай от засухи или наводнений может серьезно пострадать. Но государство должно предупреждать об этих рисках, в частности подталкивать крестьян к страхованию. Так сделайте страховой продукт — платите условно с каждой коровы по 300 рублей. И если что-то произошло, то страховая компания вам заплатит», — предлагает Пряников.

Эксперт также связал заниженные, по оценке жителей, компенсации с привычной бюджетной тактикой регионов: сначала довести конфликт до публичного обострения, а затем добиваться дополнительных денег из центра.