Олег Кожемяко, когда работал губернатором Сахалинской области, оказался в очень выгодной для себя ситуации. Во-первых, поскольку местные элиты были деморализованы в связи с арестом экс-губернатора Александра Хорошавина и целой чередой уголовных дел, Кожемяко даже не требовалось выстраивать с ними отношения, он мог делать с ними почти все что угодно. У элит не было ресурсов для того, чтобы каким-то образом противодействовать губернатору, если бы он вдруг захотел это делать. Во-вторых, у него были хорошие возможности для того, чтобы наращивать свои рейтинг и популярность, поскольку регион после дискредитации готов был сдаться более сильному, популярному, авторитетному главе, и Кожемяко отвечал этим требованиям, что показали и губернаторские выборы, которые он уверенно выиграл. Кроме того, с персоной Кожемяко были связаны ожидания федеральной поддержки, поскольку он человек, имеющий давно налаженные прочные отношения с федеральными элитами, соответственно, в качестве проводника региональных интересов он также был способен выступать.

Поскольку Кожемяко уходит, вероятно, вместе со своей командой, сложившиеся сахалинские элиты могут вновь укрепить свои позиции в регионе, в частности, фигура мэра Южно-Сахалинска Сергея Надсадина, которого рассматривают в качестве возможного нового главы региона.

Что касается отношений с федеральным центром, то, конечно, регион теряет очень мощного лоббиста в лице Кожемяко, но здесь пока сложно сказать, сможет ли новый губернатор иметь столь же хорошие отношения с центром, какие были у Кожемяко. Правда, надо отметить, что именно при Кожемяко было принято негативное для Сахалина решение о перераспределении налоговых поступлений от проекта «Сахалин-2» в пользу федерального центра. Но это решение было для региона вынужденным и неизбежным, поэтому я не стал бы его расценивать как явный провал Кожемяко как лоббиста региональных интересов, поскольку в то же самое время там, где у него была возможность лоббировать интересы, он добивался федеральной поддержки и делал это достаточно успешно. Несмотря на негативный момент с «Сахалином-2», все равно новому губернатору будет сложнее, чем Кожемяко, выстраивать отношения с федеральными элитами, а также с полпредством в лице Юрия Трутнева и с Минвостокразвития, которые оказывают большое влияние на политику на Дальнем Востоке.

Федеральные элиты, которые замыкают принятие решений, могут отправить в регион и московскую фигуру – нельзя исключать такого варианта. Но стоит учитывать уже существующий негативный опыт, прекрасно известный центру, в Приморском крае с назначением Тарасенко, которого пришлось отзывать из региона и в связи с которым тема негативного отношения дальневосточников к «варягам» стала продвигаться в публичном поле. В этой связи назначение 100%-ного «варяга» может вызвать общественные недовольства, только если оно не будет сопровождаться какими-то одновременными благоприятными для Сахалина решениями федеральной власти. Если «варяг» привезет мешок денег и явную открытую федеральную поддержку, тогда назначение может пройти безболезненно. Если назначение не будет обставлено преференциями со стороны федеральной власти, то может возникнуть напряжение и в обществе, и в элитах.

Если говорить про Кожемяко, он был не совсем «варягом», он дальневосточник по происхождению, пусть не сахалинец, и дальневосточник по духу и понимал проблемное поле региона. Человеку московскому будет сложнее это сделать. Можно вспомнить эксперимент, который проводился на Сахалине давным-давно, когда его первым постсоветским губернатором, назначенным Борисом Ельциным, еще в 1991 году был московский профессор экономист Валентин Федоров, и в конечном итоге достаточно быстро стало понятно, что это назначение было неудачным. Федоров не прижился, не был воспринят и в скорости вернулся в федеральный центр. Хоть это и было очень давно, прецедент такой существует. Поэтому радикальные решения должны быть правильно поданы федеральным центром. Только в этом случае они будут положительно восприняты.

Send with Telegram
bookmark icon

Write a comment...