Прокатившаяся по России новая причуда – вместо избранных мэров вверять бразды управления муниципальными образованиями назначенцам — вызвала всплеск противоречивых комментариев. Критики утверждают: новый управленческий порядок уничтожает местное самоуправление. На мой взгляд, невозможно уничтожить то, чего нет. Назначение глав городов и поселков всего лишь приводит управленческие механизмы в соответствие со сложившейся практикой.

В Новосибирской области за полтора года сменилась четверть глав сельских советов. Думаю, в других регионах подобная картина. Кто сегодня становится главой муниципального образования? Более или менее грамотный человек, чаще всего неработающий, – пенсионер или тот, кто не может найти работу. Предположим, вас уговорили принять участие в выборах, вас выбрали. На следующий день к вам приходит прокурор с предписанием: провести межевание кладбища или установить сигнализацию в школе или в клубе. Прокурор может прийти с сотней предписаний, исполнить которые как глава местного самоуправления вы не в состоянии. У вас нет ни копейки денег. Вы звоните в район, но в районе тоже нет денег. Район звонит в область… Это местное самоуправление? Пока бюрократическая машина провернется несколько раз, пока губернатор найдет деньги, пока вы отыграете конкурсы, прокурор успеет вас несколько раз оштрафовать. Ежемесячно любой глава местного поселения выплачивает до половины своей зарплаты. Посчитайте — половину от 6-10 тысяч рублей ежемесячного жалованья вам приходится отдавать в качестве наказания за то, в чем вы совершенно не виновны.

В крупном городе ситуация не лучше. Вот Новосибирск, где победил коммунист Локоть. С его приходом связывали надежды на скорейшие изменения. Напрасно надеялись. Прошлой осенью губернатор решил изъять из бюджетов муниципальных образований 10 %. Губернатор сам оказался в безвыходном положении – внутренний долг областного бюджета приблизился к критической черте, после которой субъект Федерации был бы не в состоянии исполнять свои полномочия. Теперь мэр Новосибирска должен ходить на поклон в область, чтобы попросить копеечку на трамвай или на детскую площадку. Это – местное самоуправление? Губернатор, по примеру мэра, сам ходит в российский Минфин просить ресурсы на школы и больницы. Так что его положение ничуть не лучше мэрского.

Возникает главный вопрос: кто будет управлять городом лучше и эффективнее – губернатор или мэр, пусть сто раз избранный, который на все сто зависит от воли субъекта Федерации? В сложившейся системе межбюджетных отношений, современного статуса местного самоуправления любой губернатор, который несет несравнимо большую ответственность за состояние дел даже в самой отдаленной деревне, скажет: пока я буду уговаривать и бодаться с народным избранником, город замерзнет, или его засыплет снегом, а то и учителя с врачами, не получающие зарплату, на митинг выйдут. Для сложившейся системы гораздо логичнее и эффективней иметь назначенца. Ему можно по столу кулаком стукнуть, объявить взыскание, пригрозить отставкой.

Другой пример – город Бердск. Три года назад народно избранного мэра и его первого заместителя арестовали за взятку и превышение служебных полномочий. По уставу города исполняющим обязанности главы города стал единственный пока не арестованный заместитель. На этом посту оказался совершенно случайный человек, не приспособленный к управлению. Чудеса он творит редкостные. Прокуратура устала слать предписания. Уже его назначенцев арестовывают пачками, а заменить его разумным человеком нельзя – область не имеет права вмешиваться в полномочия местного самоуправления. Что делает в этой ситуации «чудотворец-мэр»? Он лавирует между местными князьками, которые фактически рулят городом, населением, которому он страстно желает понравиться (он же о грядущих выборах думает), и правительством региона, от которого зависит финансово. Что получается в итоге? Город погружается «во тьму», проблемы нарастают, риск чрезвычайных ситуаций увеличивается.

Местного самоуправления реально не существует. Формально «вольные поселения» встроены в финансово-административную иерархию, но не в иерархию управленческую. Это даже не противоречие, это – сюрреализм.

Отчего случилась такая ситуация? Самый распространенный ответ – искажение фундаментальных основ местного самоуправления, заложенные в Бюджетном кодексе, легитимирующем централизацию налогов. Попросту говоря, у муниципалитетов нет и не будет собственных средств для решения вопросов местного значения на совершенно законных основаниях. Но это не вся правда. Дело в том, что границы современных муниципальных образований полностью совпадают с административными границами советского времени. А ведь с тех пор ситуация резко изменилась. Советский принцип территориального экономического развития гласил: в каждой отдаленной деревеньке должен быть источник заработной платы. В каком-нибудь отдаленном селе открывалось отделение совхоза. Оно изначально не было рентабельным, но люди должны были где-то получать зарплату. Или в моногороде, где на тяжелых производствах было занято мужское население, открывались швейные и обувные фабрики, текстильные комбинаты для того, чтобы занять жен. Когда же сменилась экономическая модель, оказалось, что эти отдаленные фермы и фабрики, где выпускается неконкурентная продукция, эффективно работать не могут. Все они стали закрываться. Вот и остались целые районы и города без средств к существованию. Какие бюджеты на местное развитие? Какое самоуправление? Какие выборы?

Send with Telegram
bookmark icon

Write a comment...