Поздним вечером 18 сентября, когда шел подсчет голосов, довелось поучаствовать в передаче на одном из телеканалов. Шла бегущая строка, и первое, что бросилось в глаза, — борьба между КПРФ и ЛДПР за второе место по партийным спискам. Красные и жириновцы шли «нос к носу» и лишь на финише подсчета КПРФ, что, называется, «на ленточке» заполучила заветное серебро. Позднее вождь коммунистов Геннадий Зюганов в ходе встречи с Владимиром Путиным поплакался в жилетку, что среди участников было много спойлеров, а также в традициях конца тридцатых посетовал на столицы: в Москве-де, Питере и других мегаполисах «Яблоко» и «Парнас» набрали много. Не слишком понятно, с какой стати потребовалось Зюганову пускать слезу при президенте. Единственное реалистичное объяснение – системный кризис КПРФ в регионах уже наступил, и руководство Компартии начинает это осознавать.

Тем не менее до сих пор так и не удалось найти хотя бы минимально объективного публичного «разбора предвыборного полета» КПРФ, а потому придется поработать за Зюганова и его соратников и дать свою оценку кампании отечественных красных. Потеря депутатских кресел коммунистами — не случайность, а следствие кризисного состояния, в котором пребывает КПРФ, одна из некогда влиятельнейших политических партий.

Начнем с главного. Не раз, характеризуя Компартию на ее соответствие всем признакам партии как таковой, многие эксперты, в том числе и автор этих строк, подчеркивали идеологическую основу КПРФ, включая наличие персонифицированного носителя идеологии. Это утверждение требует пояснений. Зачастую представители ряда партий, пытаясь сформулировать свою идеологическую сущность, опираются на программные документы и уверяют, что они социал-демократы, либералы, консерваторы и т.д. Спору нет, наличие идеологических принципов в партийных программах является необходимым условием идеологической идентификации, но не достаточным. Для полного утверждения того, что та или иная партийная структура является идеологической, необходимо, что «в анамнезе» истории ее создания, базовых принципов политической практики была личность, подтверждающая ее идеологическую сущность. С этим у современных отечественных партий существенные проблемы. И нынешние либералы, и консерваторы, и социал-демократы ранее мучились и маются до сих пор, чтобы подверстать ряд исторических персонажей под свои уверения в идеологичности.

Кого тут только ни притягивали: и Столыпина, и дореволюционных кадетов, и эсеров с меньшевиками, — не сработало, а Геннадию Зюганову с его КПРФ, что называется, повезло. «Мы — партия Ленина», — долгие годы уверял лидер коммунистов. И мало кто сомневался в сеем утверждении, тем более что Мавзолей на Красной площади стоит и мумия до сир пор в нем пребывает. Так что долгое время прокоммунистический избиратель воспринимал КПРФ как наследницу большевиков и ее основателя, вождя мирового пролетариата. Зюганов же рассматривался как продолжатель его (Ленина) дела и его (Ленина) живое воплощение.

Однако в последние годы пришла в чью-то коммунистическую голову мысль о замене персонификации с Лениным на Сталина. Видимо, было подсчитано, что идеологическое соединение КПРФ с кровожадным «вождем всех народов» даст больший электоральный навар, нежели с «добрым дедушкой Лениным». Считали-считали, да просчитались. Избиратель, тем более старшего поколения, а таковых у КПРФ немало, помнит времена сталинщины, со всеми ее «прелестями», и не воспринял эту смену символов так, как это планировали коммунистические стратеги. «Не покатило», как говорит молодежь.

К этой стратегической ошибке добавились утраты структурно-организационного характера, чем в последние годы стала страдать КПРФ. Кто не помнит утверждения лидера КПРФ, что его партия имеет развитую организационную структуру; что-де парторганизации есть чуть ли не каждом населенном пункте; что-де не собираются коммунисты тратить средства на всяких политтехнологов, будут ходить по домам и вести агитацию. Какое-то время это так и было, но то ли агитаторы, постарев, подустали, то ли исчез коммунистический запал, но последняя кампания — свидетельствует о том, что региональная и местная оргструктура КПРФ изрядно обветшала.

В подтверждение этого тезиса приведу лишь один пример того, как московские коммунисты пытались компенсировать организационные потери. Задолго до начала избирательной кампании по инициативе горкома КПРФ стали собирать муниципальных депутатов Москвы из числа тех, кто в силу разных причин были либо выдвиженцами от КПРФ, либо выдвигались при ее поддержке, либо проявили себя как оппозиция муниципальным властям. На этих встречах организаторы уверяли, что выборы муниципальных депутатов пройдут вместе с выборами депутатов Госдумы, а потому им (депутатам), если они собираются заслужить право выдвижения от КПРФ, необходимо это доказать свое упорной работой на тех, кого Компартия выдвинет кандидатами в Госдуму.

Для большей правдивости людям рассылали анкеты, в которых они должны указать те ресурсы, коими они располагают, в том числе и организационными (наличие сторонников в районе, связи со СМИ и пр.). С началом избирательной кампании на тех, кто «повелся» на коммунистическую байку о досрочных выборах муниципальных депутатов в столице, повесили разнарядку по организации встреч с кандидатами во дворах домов, разноску печатной агитационной продукции и много чего еще. Из этого следует вывод: то, чем еще недавно гордился Зюганов, говоря о разветвленной партийной сети, иссякло. Так, в активе одного из райкомов КПРФ Восточного административного округа есть сам райком — и не более. Низовая муниципальная сеть коммунистов-пропагандистов отсутствует напрочь, отсюда и попытки московского горкома соблазнить гражданских активистов иллюзией досрочных выборов мундепов, сделав из них добровольцев. Такая технология так или иначе копировалась в ряде других регионов.

Не упомянул, пожалуй, самый важный фактор, приведший к потерям КПРФ. Это утрата коммунистами статуса самой оппозиционной партии, который долго эксплуатировался и приносил весомый электоральный результат. Достаточно вспомнить выборы в Госдуму 1995 года, да и более поздние выборы тоже были убедительны.

Теперь оппозиционность Зюганова со товарищи сходит на нет, чем и воспользовался Жириновский, чуть было не потеснивший КПРФ со второго места. Самое любопытное во всей этой истории то, что руководство Компартии, похоже, даже не ставит вопрос о реальном обновлении партии. Зюганов снова возглавил фракцию КПРФ в Госдуме. Видимо, современные коммунисты подзабыли заветы Ленина о развитии внутрипартийной демократии, необходимости критики и самокритики. Об том же много говорил и нынешний символ КПРФ Сталин. Если работу над ошибками руководство Компартии не сделает, за них это сделает избиратель.

Send with Telegram
bookmark icon

Write a comment...