Вла­сти ряда ре­ги­о­нов с на­ча­ла 2026 года мно­го­крат­но уве­ли­чи­ли сто­и­мость па­тен­тов для пред­при­ни­ма­те­лей. По от­дель­ным ви­дам де­я­тель­но­сти про­изо­шел рост в 10 раз и бо­лее. Это произошло по­сле того, как в субъ­ек­тах по­вы­си­ли ве­ли­чи­ну по­тен­ци­аль­но воз­мож­но­го го­до­во­го до­хо­да (ПВГД), в свя­зи с чем пред­при­ни­ма­те­ли на­ча­ли от­ка­зы­вать­ся от па­тент­ной си­сте­мы на­ло­го­об­ло­же­ния (ПСН) и пе­ре­хо­дить на упро­щен­ку (УСН).

Ди­рек­тор Ин­сти­ту­та но­во­го об­ще­ства Ва­си­лий Кол­та­шов:

– Последствия того, что делается в налоговой сфере, включая и меры, которые привели к сбрасыванию патентов и уходу предпринимателей на упрощенную систему налогообложения, будут зависеть от курса рубля и ситуации в экономике. Если мы вползем в рецессию, а правительство при этом ничего не сделает, то бизнесы будут закрываться – как минимум на какое-то время. Деньги будут прятаться, начнется кризисное поведение. Если сейчас заработают механизмы стимулирования экономики, удастся сломить либералов в финансовом блоке – и не снижением ставки, а крупномасштабными проектами, – то в этом случае при устойчивости рубля и даже укреплении все будет нормально. Все малые предприниматели и средний бизнес адаптируются к новой налоговой системе. Да, они будут ворчать, но они будут зарабатывать. А если этого не произойдет, то станут прятаться. Я не вижу ничего катастрофического в налоговых мерах, которые у нас приняты. Но все определяется контекстом.

Директор Института социально-экономического прогнозирования им. Д. И. Менделеева Андрей Щербаков: 

– В стране нарастает экономический кризис. Появляются неплатежи, естественно, падают налоговые поступления. В прошлом году Минфин недополучил порядка 5 трлн рублей. В этом мы ожидаем дефицит в размере 10 трлн рублей. Власти, в том числе региональные, пытаются решить проблему увеличением налогов, что уже приводит к тому, что многие бизнесы уходят в тень. Те, кто попадает по условиям, переходят на УСН – сегодня единственная легальная возможность минимизировать налоги. Все остальные или сокращают персонал, или закрываются. По данным рекрутинговых агентств, на одну вакансию сегодня в среднем 12 претендентов – и эта цифра растет: в прошлом году было пять.

Финансовый аналитик кандидат экономических наук Михаил Беляев:

– Ряд представителей региональной власти и финансового блока в России, к сожалению, проявляют близорукость. То есть они повысили ПСН для того, чтобы собрать деньги в бюджет здесь и сейчас. Но это же значит мыслить категориями только текущего года. Что-то они соберут. А дальше? Кто-то закроется, кто-то перейдет на другие виды налогообложения или будет применять серые схемы, а в результате сократится источник пополнения бюджета. В погоне за сиюминутным решением какого-то вопроса проигрываем в стратегии. Дело губернатора – поднять регион не только для того, чтобы он себя как-то обеспечивал, но и для того, чтобы вносил вклад в федеральный бюджет.

Док­тор эко­но­ми­че­ских наук Алексей Зубец:

– Почему это происходит? Потому что люди покупают патент, а потом ничего не платят: нет ни официальной зарплаты, ни налогов – ничего. Тут все просто – это один из способов обеления бизнеса. На поступлениях в региональные бюджеты никак это не отразится. Будет происходить миграция бизнеса. Возможно, будет меньше желающих работать на патентной системе, но там, куда бизнес будет мигрировать, возникнет рост налоговых платежей, включая зарплату, а НДФЛ идет в региональный бюджет. Среди законных возможностей минимизировать налоговую нагрузку для предпринимателей опять стоит назвать упрощенку, переход на ИП и самозанятость, где есть льготный режим налогообложения.