Правительство Калининградской области утвердило положение о Министерстве региональной безопасности. Среди основных задач — организация мероприятий по гражданской обороне, защита от ЧС, взаимодействие губернатора с правоохранительными органами и территориальными подразделениями федеральных ведомств, в том числе по вопросам противодействия терроризму и экстремизму.

Отдельный раздел положения посвящён территориальной обороне. Ведомству, в частности, поручена организация взаимодействия правительства Калининградской области с Минобороны по вопросам комплектования воинских частей военнослужащими по контракту и резервистами «БАРС 39».

Сергей Хатылев, полковник запаса, начальник зенитно-ракетных войск КСПН в 2007–2009 годах:

— С учётом фактического открытия неба над Прибалтикой, через которое в нашу сторону теперь тоже летят дроны, и центр, и Калининград вынуждены идти на эти шаги. Понимаете, в приграничной зоне некогда разговаривать. Сейчас противник зашёл с севера. Заходил раньше с юга, с запада, а тут — с севера и через город пошёл к какому-то объекту. И приходится бить над городом, а стрельба на малой высоте, мы знаем, к чему приводит.

Необходимо чёткое взаимодействие. Пограничники передают информацию, далее — ПВО: сухопутные, объектовые, манёвренные огневые группы, которые на машинах со станциями наблюдения выезжают по конкретным районам и тоже контролируют небо. И, естественно, такая система должна кем-то контролироваться и управляться, причём на месте.Как решается вопрос в Москве?

Есть Первая армия особого назначения, и есть добровольческое формирование «Барсы», которое создано, в общем, под руководством Сергея Собянина. У подразделения есть средства, есть пункт управления, места несения боевого дежурства. И вот вам пример, как совместно с Министерством обороны губернаторам и мэрам можно и нужно взаимодействовать. Создать бригаду „Барсов“, которая занимается разведкой и уничтожением беспилотных летательных аппаратов».

Андрей Кошкин, заведующий кафедрой политического анализа и социально-психологических процессов РЭУ им. Плеханова, полковник в отставке:

— Функционал этого министерства озвучен. Но, безусловно, у него есть специфика. Основные цели, состав, кому оно будет подчиняться — всё это определит и время, и объём задач, и возможности. Для того чтобы принимать серьёзные решения в сфере обороны и безопасности, нужны ответственные лица, в регионе это, конечно, первые лица.

А значит, они обязаны такого рода структуры обеспечить всем необходимым для того, чтобы решения были объективными, своевременными и эффективными.С точки зрения геополитики, это, конечно же, сигнал Западу. Сигнал о том, что мы не просто пассивно наблюдаем за его выходками и провокациями, а мониторим и принимаем соответствующие решения по движению в нашу сторону.

Калининград в этом смысле сегодня превратился в символ, который нуждается в защите не только со стороны федеральной власти, но и в уверенности, что регион может это сделать самостоятельно — хотя бы на первом этапе.

Европейские государства не только в информационном пространстве, но и в организационном плане продвигают инфраструктуру НАТО к нашим границам, непосредственно к Калининграду, который они считают неким триггером, территорией, за счёт которой можно спровоцировать Россию. И есть понимание необходимости создавать местную структуру, которая будет заниматься исключительно вопросами внешней и внутренней безопасности.

Андрей Омельченко, член правления регионального отделения Союза журналистов России в Калининградской области:

— Создание Министерства региональной безопасности в Калининградской области — это часть системного процесса, в рамках которого федеральный центр уже несколько лет последовательно и сегментированно передаёт субъектам полномочия в сфере безопасности.

С помощью такого распределения повышается эффективность государственного управления. Региональная безопасность охватывает широкий спектр — от экономической и продовольственной безопасности до защиты прав потребителей и безопасности дорожного движения. Очевидно, что для гибкой реакции на локальные угрозы, координации, профилактики и предупреждения необходима структура, способная профессионально и оперативно на них реагировать.

Поэтому речь не может идти о перекладывании ответственности, а скорее о перераспределении задач в структуре единой вертикали власти, что оптимизирует управление и придаёт ему гибкость. Создание подобного министерства (кстати, далеко не первого в стране) позволит более эффективно противодействовать современным и будущим вызовам с учётом особенностей самого западного региона России. Военные же аспекты безопасности должны и будут оставаться в ведении федерального центра и под его контролем.