Граж­дане РФ ста­ли реже об­ра­щать­ся в Кон­сти­ту­ци­он­ный суд. В 2025 году за­ре­ги­стри­ро­ва­но 11 098 об­ра­ще­ний – на 16% мень­ше, чем го­дом ра­нее (13 258). Это са­мый низ­кий по­ка­за­тель за по­след­ние 25 лет. Он по­чти в два раза мень­ше, чем в 2009 году, ко­гда Кон­сти­ту­ци­он­ный суд по­лу­чил ре­корд­ное в сво­ей ис­то­рии ко­ли­че­ство жа­лоб – 20 629. Осо­бен­но рез­ко – по­чти в 40 раз – со­кра­ти­лось чис­ло жа­лоб по во­про­сам за­щи­ты из­би­ра­тель­ных прав.

Адвокат, общественный деятель Дмитрий Аграновский:

– Главная проблема – неэффективность. На уровне регионов, если мы говорим именно о судебной системе, как все было, так и осталось, если не ухудшилось. Но теперь еще и госпошлины стали выше. Сам доступ к правосудию ухудшился, положение с состязательностью процесса ухудшилось. Новый председатель Верховного суда не говорит ни о состязательности процесса, ни о минимальном количестве оправдательных приговоров, а все время говорит о каких-то реформах. Так что граждане не видят эффективности, в том числе Конституционного суда, и не видят смысла туда обращаться. Достаточно просто спросить у людей: наш уровень правовой защиты повысился за последние годы? Сколько из 10 человек ответят да?

По­ли­то­лог, ав­тор Telegram-ка­на­ла «По­лит­д­жой­стик» Ма­рат Ба­ши­ров:

– Изменились приоритеты у граждан, то есть такие доминирующие вызовы в жизни, которые не требуют обращения в Конституционный суд. Люди их отложили. Идет СВО, есть понимание, что сейчас главная задача – безопасность. Думаю, когда закончится спецоперация, через какое-то время, конечно, увеличится количество обращений в КС. Но тут есть еще один момент: часть этих исков инициировалась НКО, которые жили на деньги Запада. Причем было ясно, что Конституционный суд скажет нет, но зато появлялся повод лишний раз сказать: «Нас зажали, нет свободы слова, государство доминирует» и так далее. Одновременно граждане стали больше обращаться к местным органам власти и к губернаторам. Лет, наверное, 10 президент России всем говорил, что обратная связь важна, поскольку это элемент социальной устойчивости. И центр в этом вопросе добился продвижения и наладил контроль.

Владелец юридического бюро «Палюлин и партнеры» Антон Палюлин:

– История началась еще в 2020 году, когда было введено требование об обязательном обжаловании предполагаемого нарушения прав заявителя через все судебные инстанции, включая Верховный суд, перед обращением в Конституционный суд. Эта мера привела к удлинению пути заявителя и повышению требований к качеству подготовки дела и степени его рассмотрения судами. С сентября 2024 года увеличение размеров госпошлины сделало процедуру обращения в суд первой инстанции и обжалования в судах общей юрисдикции достаточно обременительной. В результате снижения нагрузки на суды первой инстанции они стали тщательнее рассматривать дела, что привело к тому, что многие заявители предпочитают разрешать споры на местном уровне, не прибегая к помощи высшего судебного органа.

Политтехнолог Алена Август:

– Уровень правовой культуры растет. В первую очередь за счет того, что государство буквально разжевывает, как и чем можно пользоваться, превращаясь прямо в сервисную структуру. Раз это сервис, то нужно уметь им пользоваться, а у нас люди пока не на полную катушку используют даже то, что возможно. Но подрастает поколение, которое умеет находить информацию и ею пользоваться. Это касается и судов, поскольку, имея под рукой конкретную инструкцию, делать все намного проще – и в свою пользу. В том числе поэтому местные власти начинают работать более системно, без регулярных отписок. Когда к тебе приходят и ссылаются сразу на законы и знания, как их применить, ты уже против этого не попрешь. Это тоже правовая культура.