Скрытая инфляция маркетплейсов: как потери Wildberries превращаются в новые издержки покупателей

В результате атак БПЛА на склады WB (Wildberries) в Подмосковье и Тамбовской области пострадали логистические мощности компании. Ущерб, по разным оценкам, составляет от 20 до 35,8 млрд рублей. Компания потеряла порядка 7% логистических мощностей, восстановление может занять 1–2 года.

Если рассматривать ситуацию исключительно с экономической стороны, главный риск здесь не в одномоментном дефиците товаров, а в удорожании всей цепочки и переносе части потерь с платформы на предпринимателей. Для селлеров наиболее болезненна утрата товара, который уже находился на складе. Это не только стоимость самой продукции, но и замороженные оборотные средства, сорванные продажи, расходы на рекламу и возможное снижение позиций товара в выдаче.

Особенно уязвимы небольшие продавцы, которые держали большую часть запасов в одном логистическом центре. Крупный селлер может перераспределить поставки между складами и площадками, а для малого бизнеса потеря одной крупной партии иногда означает фактическую остановку работы. Следом пострадают производители. Спрос со стороны покупателей никуда сразу не исчезает, но у селлеров становится меньше денег на закупку новых партий. Поэтому фабрики и небольшие производства могут столкнуться с переносом заказов, сокращением объемов и увеличением сроков оплаты.

Сильнее всего это ударит по сезонным товарам, продукции с низкой маржой и производителям, которые были завязаны на одного крупного продавца или одну платформу.Общероссийского скачка цен только из-за потери двух логистических центров я бы пока не ожидал. Сеть WB достаточно велика, чтобы перенаправить основные потоки. Но появится скрытая инфляция – меньше скидок, более дорогая или долгая доставка, исчезновение части недорогих предложений. Первыми это могут почувствовать потребители в Центральном федеральном округе, прежде всего в небольших городах, где меньше альтернативных складов и каналов доставки. Москва защищена плотностью логистической инфраструктуры, которая лучше, чем во многих соседних регионах.

Номенклатура также может временно сократиться. Массовые товары крупных брендов останутся, а вот нишевые позиции небольших селлеров, товары с низкой оборачиваемостью и продукция региональных производителей могут пропадать из выдачи или становиться заметно дороже.Для складского рынка последствия будут двойственными. В краткосрочной перспективе вырастет спрос на свободные площади в Тверской, Тульской, Рязанской, Владимирской, Воронежской областях и других регионах, куда можно перенаправить потоки. Это способно подтолкнуть вверх ставки аренды и ускорить строительство новых объектов.

В более долгой перспективе сама модель логистики будет меняться. Огромные мегасклады экономически эффективны, но концентрация товаров в одном месте создает слишком большой риск. Поэтому платформы будут строить более распределенные сети, создавать резервные мощности, усиливать безопасность и страхование. Все эти расходы в конечном счете войдут в тарифы платформ, комиссии селлеров и цены товаров.Для платформенной экономики это не катастрофа, но важный поворот. Период максимально дешевой и централизованной логистики заканчивается. Система станет более устойчивой, но одновременно более дорогой. Причем крупные маркетплейсы выдержат эту перестройку, а вот малым продавцам и региональным производителям потребуется либо диверсифицировать каналы продаж, либо закладывать новые риски в цену.