Губернатор Севастополя Михаил Развожаев на итоговом заседании весенней сессии Заксобрания сообщил, что не будет зачитывать традиционный годовой отчет о работе правительства, при том, что документ, по его словам, подготовлен и «достаточно объемный, внушительный, раскрывает все сферы жизни города». Одновременно губернатор попросил депутатов не уходить на летние каникулы и оставаться на связи с жителями, а также рассказал о дополнительных мерах поддержки – выплатах пострадавшим от атак на инфраструктуру, расширении пособий и закупке пожарной техники. Поводом стал режим ЧС, в котором город живет из-за перебоев с топливом, проблем с электроснабжением и продолжающихся атак на энергообъекты.

Отчет, который решили не зачитывать, это парадокс на пустом месте, который на самом деле многое объясняет про природу региональной власти сегодня. Формально отчет есть, депутаты его видели, ритуал соблюден. Содержательно – публичного отчета не будет. Институционально это удобное решение: оно снимает риск, что записанные пункты придется защищать в реальном времени, в условиях, когда часть обещаний уже перекрыта форс-мажором. Отказ от церемонии – это не смелость, а рационализация: зачем произносить цифры вслух, если завтра их придется комментировать заново, но уже применительно к отключениям света и дефициту топлива.

Меры поддержки, о которых говорил Развожаев, вполне конкретные и по-своему честные: 30 млн рублей из резервного фонда пострадавшим от атак на инфраструктуру, расширение выплат студентам, закупка пожарной техники. Это не красивый жест, латание дыр – оперативное распределение того, что уже есть в бюджете, без новых обязательств. Тут стоит держать в уме: бюджет города на 2026 год сверстан с доходами 77,5 млрд при расходах 81,4 млрд – то есть маневр у региона узкий, и любые «меры поддержки» в условиях ЧС – это перераспределение существующего, а не появление нового ресурса. Бюджет потянет ровно то, что уже заложено; на большее рассчитывать не приходится, и это единственная честная часть всей конструкции.

А вот призыв к депутатам не расходиться на каникулы – это действительно важный сюжет. Формально речь идет о «связи с людьми». Но по существу, это признание, что нормативная реакция на события может понадобиться в любой момент, и депутатский корпус должен быть физически доступен для быстрого голосования. Верят ли в администрации, что депутаты массово разъедутся в разгар ЧС? Едва ли – это не про дисциплину депутатского корпуса, это про демонстрацию мобилизованности перед вышестоящим уровнем и заодно перед горожанами. Каникулы «в полях» – красивая формула для того, что на языке аппарата называется «оставаться на связи», но по факту депутатам предлагается быть статистами при исполнительной власти, готовыми расписаться под уже принятыми решениями.

Финальный парадокс простой: чем меньше у региональной власти реальных рычагов управления ситуацией – топливом, энергетикой, безопасностью инфраструктуры, – тем важнее становится ритуал управляемости. Отмененный отчет, оперативные выплаты, депутаты «в полях» – это не признаки контроля, а его тщательно срежиссированная имитация, потому что людям в условиях ЧС нужна уверенность, что кто-то держит руку на пульте. Развожаев не скрывает, что рычагов немного – он честно говорит про перебои и атаки. Но обставляет это языком дисциплины и мобилизации, потому что альтернатива – признать пределы собственной субъектности и, во многом, управленческой беспомощности в складывающихся реалиях. Это плохо продается и вышестоящей номенклатуре, и вверенному населению.