От Узбекистана до Индии: регионы России меняют портрет трудового мигранта

В регионах Черноземья в разы вырос спрос на рабочих из дальнего зарубежья. В частности на кадры из стран с визовым режимом въезда в РФ: из Южной и Юго-Восточной Азии, Китая, Туркменистана и африканских государств. В Белгородской области, например потребность работодателей в иностранных работниках только за первые четыре месяца этого года втрое превысила полный 2025-й. Эксперты отмечают «взрывной рост» интереса к работникам из Индии и считают, что он сложится в «системную модель».

О том, что в России существует значимый дефицит рабочей силы, хорошо известно – недавно об этом заявила глава Центробанка Эльвира Набиуллина. Премьер-министр Михаил Мишустин на стратегической сессии по теме повышения производительности труда назвал дефицит кадров одним из главных вызовов для российской экономики. По данным Российского союза промышленников и предпринимателей (РСПП), к 2030 году дефицит кадров в России может превысить 3 миллиона человек.

Регионы Черноземья вполне встраиваются в общий тренд: высокий и средний уровень образования, связанный с насыщенностью вузами, относительная близость к столице способствует «вымыванию» высокопрофессиональных кадров. В период проведения СВО кадровые проблемы в Черноземье усложняются в связи с достаточно большим количеством контрактников из приграничных регионов (по ряду оценок).

Достаточно серьезные ограничения на привлечение трудовых мигрантов из стран ближнего зарубежья, которые происходят в последние годы (введение жестких критериев по знанию языка, усложнение порядка устройства детей мигрантов в школы и дошкольные учреждения и т.д.), привели, в том числе, к неожиданному для кого-то результату: увеличению квот на ввоз иностранной рабочей силы из стран дальнего зарубежья – вполне экзотических для коренных жителей.

По данным Минтруда, в 2026 году квота на привлечение иностранных работников вновь выросла: общая потребность определена в 278 940 человек, что на 43 982 места больше. В отличие от мигрантов из стран ЕАЭС, которые могут въезжать в Россию без виз и пользуются определенными преференциями (перед другими иностранцами) при трудоустройстве, иностранные мигранты, въезжающие по квотам, абсолютно чужды отечественной культурной среде и по определению не знакомы с русским языком. С другой стороны, их без проблем можно депортировать, а сами трудовые контракты основаны на принципе «отработал – уезжай». Принесет ли такой разворот в этническом составе трудовых мигрантов спокойствие в социально-психологический климат российских регионов с высокой миграционной нагрузкой? Ответ мы увидим буквально через два-три года, но пока возникают некоторые сомнения.