От диплома – к партнерству: образовательный экспорт как долгосрочная инвестиция в международное сотрудничество

Россия расширяет сотрудничество в сфере высшего образования с зарубежными странами. Согласно данным, приведенным в докладе АПЭК, в 2025-2026 учебном году в российских вузах обучались 422,2 тыс. иностранных граждан из 182 стран. Целевой ориентир — 500 тыс. студентов к 2030 году. Образовательный экспорт становится инструментом технологического партнерства и международного влияния.

У образовательного сотрудничества долгосрочные последствия, в том числе экономические и политические. Человек приезжает учиться на несколько лет, а приобретённые связи могут работать всю его жизнь.

Наиболее ярким публичным свидетельством того, как это работает, я считаю встречу Владимира Путина и президента Вьетнама То Лама с выпускниками советских и российских вузов во время государственного визита российского президента в Ханой в июне 2024 года. Само включение такой встречи в программу визита показывает значение этого сообщества для отношений двух стран. Среди выпускников есть руководители, учёные, преподаватели — люди, которые десятилетиями поддерживают профессиональные и человеческие контакты. Конечно, дружбу с Вьетнамом нельзя объяснить одной университетской памятью. Но знакомство со страной, её языком и специалистами помогает находить партнёров, оценивать предложения, договариваться о совместных проектах.

Польский опыт показывает другую сторону этой истории: авиационные предприятия, осваивавшие советские разработки, продолжили работать уже в иной системе международных связей. В период существования Варшавского договора здесь развивалась промышленная кооперация, сопровождавшаяся передачей советских технологий, подготовкой кадров и образовательными обменами. Вместе с технологиями складывался и общий профессиональный язык: близкие инженерные подходы, понятная документация, опыт решения сходных задач.

Для экономики это практическое преимущество: проще согласовывать технические решения, осваивать оборудование, организовывать совместную работу. Политической близости такая общность, как мы сейчас видим, не гарантирует, но может сохранять основу для сотрудничества даже при серьёзных межгосударственных разногласиях, оставляя возможность для их преодоления в будущем.

Сегодняшний интерес иностранных студентов к России я бы тоже рассматривал прежде всего через их жизненные планы: какую профессию получить, сколько потратит семья, где потом удастся работать. Студентам с постсоветского пространства выбор в пользу российских вузов часто облегчают русский язык, семейные связи и знакомая образовательная среда. У студентов из стран дальнего зарубежья заметную роль играет интерес к конкретным специальностям, прежде всего медицинским, что подтверждает исследование ВЦИОМ. Вместе с тем конкурентоспособность российского образования нужно оценивать по качеству подготовки в конкретном университете и профессиональным перспективам его выпускников.

Для России непосредственная выгода — это плата за обучение и сопутствующие расходы студентов, которые приносят доход университетам и городскому бизнесу. Но цель привлечь 500 тыс. иностранных студентов к 2030 году стоит рассматривать в более долгосрочной перспективе, с прицелом на укрепление взаимопонимания в самом широком смысле со странами, из которых они приезжают.

Поэтому считаю, что не стоит сводить международную деятельность вузов к тому, чтобы забрать у других стран наиболее способную молодёжь и обязательно оставить её у нас. Если партнёры теряют будущих врачей, инженеров и преподавателей, мы рискуем ослабить возможности дальнейшего сотрудничества. У человека должна оставаться свобода выбора, а возвращение домой не должно считаться потерей для России. Выпускник может стать руководителем предприятия, учёным, заказчиком технологий, участником совместного проекта. Особенно важно для стран СНГ, чтобы образовательные связи помогали им развивать собственную экономику.

Тогда возникает взаимная заинтересованность на десятилетия: партнёры получают подготовленные кадры, Россия — профессиональные связи и возможности для сотрудничества. А насколько прочными окажутся эти отношения, во многом зависит от простых вещей: чему человека научили, помогли ли освоиться и как с ним общались в повседневной жизни.