Оппозиционеры, любопытные и новые «политизирован­ные»: кто вышел на митинг в Иркутске


Я общался с теми людьми, которые вышли на протесты 23 января. Судя по этим разговорам, Навальный тут ни при чем. Девять из десяти человек, с которыми я разговаривал, это подчеркивали. Дело в том, что у людей накопились претензии из-за пандемии, ограничительных мер, потери рабочих мест и так далее. Сложно ответить на вопрос, хорошо это или плохо для самого Навального. С одной стороны, плохо, потому что большинство протестующих не выказывают личной преданности ему как политику. С другой стороны, наверное, хорошо, потому что это расширяет круг протеста, а не сводит его исключительно к фигуре Навального.

Произошедшие события я оцениваю по иркутскому опыту. Здесь состоялся большой митинг, шествие. Для оппозиции это очень успешное мероприятие. На мой взгляд, протестующих можно разделить на три неравновесные группы. С одной стороны, уже сформировавшееся протестное оппозиционное ядро, которое всегда посещало такие мероприятия. Вторая группа – очень большое количество людей, пришедших из-за любопытства к какому-то новому событию, хайпу. И третий элемент, на который и готовы делать ставку оппозиционеры, – это новые «политизированные», как я их называю. Это те, кто впервые вышел протестовать. Как раз они и показывают, что дело не в Навальном, а в общем желании перемен.

Произошедшее в субботу не позволяет сделать каких-то категорических выводов, несмотря на то что выглядит как относительный успех оппозиции. При этом совершенно очевидно: для того чтобы власть задумалась об уступках, необходимо значительно большее количество участников таких протестов. Это не только моя точка зрения, это точка зрения и самих оппозиционеров.

Что касается последствий, то я пока не вижу никаких отличий от того, что происходило в 2011–2012 годах на Болотной площади в Москве. Да, немного изменились технологии, предыстория, появились какие-то разоблачения, появился как таковой лидер в лице Навального. Тем не менее пока это повторение сюжета десятилетней давности, это общее желание перемен, улучшения жизни. Такое желание, которое представляет не какую-то радикальную непримиримость, а некую возможность для власти преодолеть этот кризис. Власть, как мы знаем, десять лет назад его преодолела.

На мой взгляд, успехи оппозиции не выглядят гарантированными. Пока не совсем понятен организационный замысел оппозиции. Логично было бы Навальному вернуться и выплеснуть все эти «дворцовые разоблачения» ближе к лету, когда происходила бы уже какая-то политизация общества из-за думских выборов. Тогда эта стратегия была бы понятна. Это делалось бы, чтобы разогреть протестные настроения после выборов в Думу либо вообще их сорвать. Сейчас нужно понаблюдать за действиями руководства оппозиции, чтобы рассмотреть и понять организационную логику. Но какой-то замысел, несомненно, существует. Скорее всего, самые интересные события как раз должны будут произойти осенью, до или после думских выборов. Но есть ощущение некоего фальстарта.

Факт, который бросается в глаза, – это то, что в старших возрастах уже «зацементировался» общественный расклад позиции, что Путин лучше, чем Навальный. И людей, которые готовы сменить эту мнение на обратное, немного. Поэтому оппозиция действительно пытается вытащить новых людей, прежде не интересовавшихся политикой, привлечь их на свою сторону. С этим связана вся эта активная работа в социальных сетях и так далее. Это либо ранее аполитичные люди (но с ними сложнее всего), либо молодежь.

Если судить по иркутскому опыту, то это первый случай в моей практике, когда в протестном мероприятии однозначно доминировала молодежь – люди около 20 лет. Здесь явно видна стратегия оппозиции – подтянуть к себе людей, которые еще не делали политического выбора. Могу предположить, что если есть какой-то замысел у такой длинной игры, ориентированной на осень, то он заключается как раз в том, чтобы расширить базу поддержки за счет молодежи или аполитичного населения средних лет.

Если говорить о географии протеста, то я больше всего поражен Хабаровском. Почему там оказалось так мало протестующих?  Видимо, для Хабаровска Навальный – это элемент федеральной политической повестки, а их больше интересуют местные процессы. Когда протесты были в Хабаровске, все понимали, что это абсолютно уникальная история. Но в целом по стране какого-то разрыва в этих трендах я не ощущаю. Судя по кадрам из Москвы и Санкт-Петербурга, везде преобладает молодежь. Даже на Болотной площади в свое время взрослого населения было гораздо больше.

Send with Telegram
bookmark icon

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: