Невысказанный сигнал: почему избиратели интуитивно поддержали «Единую Россию»

На мой взгляд, стране грозила двухпартийная Государственная дума. Сейчас обсуждают, были ли искажения явки или результатов, зачастую не приводя фактов, а опираясь только на собственные ощущения. Но давайте посмотрим на факты и на контекст кампании.

В зоне СВО шла эскалация, и её последствия стали физически затрагивать всё больше регионов. До этого были события, связанные со стратегической авиацией. Затем было принято решение включить в списки “Единой России” большое число ветеранов. Президент Владимир Путин дважды приезжал на съезд партии, чётко обозначая, на кого намерен опираться. За день до голосования он также призвал граждан принять участие в выборах. Всё это были сильные, понятные обществу сигналы, которые активно транслировали СМИ.

Теперь представим, что кто-то прямо сказал бы: президенту Путину нужна сильная фракция “Единой России”, чтобы в ближайшее время завершить СВО на российских условиях и принять необходимые для этого законодательные решения. Какой результат получила бы партия? Думаю, 80%. И явка была бы не 58–59%, а превысила бы 70%.

Тогда вопрос стоял бы лишь о том, кто займёт место второй фракции: КПРФ или ЛДПР. Я бы не удивился, если бы это была ЛДПР. Но такой шаг не был сделан.

Повышенное голосование за “Единую Россию” и более высокая явка стали, на мой взгляд, интуитивным решением избирателей. Были страх, усталость, желание как можно скорее закончить происходящее — но на российских условиях. Были соответствующие символы, однако последнего слова избирателям не сказали. И всё же они интуитивно пошли голосовать за “Единую Россию”.

От такого сценария страна, по сути, отскочила. Двухпартийная Дума стала бы серьёзной катастрофой: ни Запад, ни оппозиция никогда не поверили бы, что подобный результат не был инспирирован, “накидан” или искусственно смоделирован.

Выступление на клубе Регион 22. 09. 2026