Мэры без прямых выборов: «подводные камни» коммуникаций с населением

Отказ от прямых выборов глав городов можно связать, прежде всего, с устранением политических издержек для губернаторов. Если не брать специфические патерналистские регионы, даже в период конца 2010—х- 2020-х годов главы регионов, нередко, сталкивались с политическими рисками, если им было необходимо провести своих кандидатов в мэры через прямые выборы. Конечно, не так уж редки были и случаи, когда и конкурсные процедуры по замещению постов мэров были связаны с сопротивлением местных элит команде губернатора. Но, все же, публичный резонанс от таких инцидентов был куда ниже, а пространства для маневра у глав регионов больше.

При этом, оценивая современную ситуацию, стоит помнить, что бэкграунд глав административным центров регионов и руководителей других городов в составе субъекта РФ, во многих случаях, отличается. На должности глав административных центров часто приходят чиновники из региональных правительств, нередко, не имевшие до этого опыта публично-политической работы. Хотя есть и исключения — скажем, были случаи, когда главами «столиц» регионов становились экс-депутаты Госдумы. Пример такой биографии среди действующих глав таких городов — глава Кызыла Айдын Сарыглар, среди бывших — экс-главы Саратова и Курска Михаил Исаев и Виктор Карамышев.

Но, если у глав региональных «столиц» опыт работы депутатами различных уровней встречается не так часто, то руководители городов за пределами региональных административных центров довольно часто имеют опыт избрания муниципальными депутатами. То есть, на первый взгляд, опыта прямой работы с избирателями у руководителей малых и средних городов, во многих случаях, может быть больше, чем у мэров «столиц» регионов.

Помимо прочего, главы административных центров регионов меняются, в среднем, чаще, чем руководители других городов того же субъекта РФ. То есть, мэры региональных «столиц» в современных условиях, нередко, могут ориентироваться на то, чтобы быстрее продолжить карьеру в другом месте, пока не столкнулись с существенными имиджевыми рисками или уголовными расследованиями. Главы городов за пределами административных центров могут чаще исходить из того, что на этом месте они будут работать относительно долго.

Но стоит учитывать, что глава административного центра региона, как правило, подбирается командой губернатора именно как потенциальный «громоотвод» для реагирования на проблемные инфоповоды и всплески протестных настроений в городе. Это может становиться, как минимум, дополнительным стимулом для такого руководителя, чтобы чаще проводить прямые встречи с жителями или работать с публичной повесткой.

Ситуация в городах за пределами административного центра куда реже находится в зоне внимания крупных СМИ, поэтому там мэры могут чаще ориентироваться на чисто управленческие, а не коммуникационные задачи. Отсюда, скажем, нередкие ситуации, когда при каких-то резонансных происшествиях в таких городах (от всплесков протеста до ЧС) публичная реакция их мэров может быть не самой оперативной.

Понятно, что прямые выборы мэров тоже не давали абсолютной гарантии, что такие руководители будут реагировать на проблемные инфоповоды или зоны напряженности в городах максимально быстро. Но в условиях, когда базовым сценарием для глав городов является их назначение, в «слепой зоне» для региональных и федеральных властей куда чаще может оказываться проблемная ситуация именно в городах за пределами административных центров. К региональным «столицам», все же, плотнее внимание СМИ, губернаторов, партий и проверяющих органов.

То есть, в идеале, именно для оперативного контроля за ситуацией в городах за пределами административных центров субъектов РФ должны активнее «подстраховывать» друг друга сразу несколько каналов сбора информации.