Уголовные дела против кураторов цифровизации: дело Киблера как новый фактор ослабления позиций Дронова
![Суд заключил под стражу бывшего министра цифрового развития Новгородской области Михаила Киблера. Киблер работал министром с 2022 года, он подал заявление об отставке. Подробности дела не разглашаются, сообщается лишь, что речь может идти о превышении должностных полномочий. Губернатор Новгородской области Александр Дронов пообещал оказывать содействие следствию. Дело экс-главы Минцифры Новгородской области Михаила Киблера — далеко не первый пример, когда фигурантами уголовных расследований становятся чиновники регионального уровня, курирующие цифровую сферу. Например, в декабре 2024 года в связи с разными сюжетами были задержаны вице-премьер-министр […]](https://regcomment.ru/wp-content/uploads/2026/03/IMG_4128-360x324.jpeg)
Суд заключил под стражу бывшего министра цифрового развития Новгородской области Михаила Киблера. Киблер работал министром с 2022 года, он подал заявление об отставке. Подробности дела не разглашаются, сообщается лишь, что речь может идти о превышении должностных полномочий. Губернатор Новгородской области Александр Дронов пообещал оказывать содействие следствию.
Дело экс-главы Минцифры Новгородской области Михаила Киблера — далеко не первый пример, когда фигурантами уголовных расследований становятся чиновники регионального уровня, курирующие цифровую сферу.
Например, в декабре 2024 года в связи с разными сюжетами были задержаны вице-премьер-министр цифрового развития и связи Омской области Денис Цуканов и экс-министр цифрового развития Ярославской области Александр Королев; в феврале 2025 года — министр цифрового развития, информационных технологий и связи Ростовской области Евгений Полуянов; в марте 2026 года — бывший врио директора Департамента цифрового развития, информационных технологий и связи правительства Тамбовской области Андрей Стрельцов.
В ряде случаев фигуранты таких дел — чиновники-«варяги», до работы в соответствующих регионах занимавшие должности в других субъектах РФ. Яркие примеры — Денис Цуканов, начинавший карьеру в Санкт-Петербурге, а затем, до назначения в Омске, работавший в Москве, Ставрополе и ДНР. Или Александр Королев, родившийся и закончивший вуз в Курске, а, кроме Ярославской области, работавший, в том числе, в Калужской области и федеральных структурах. Но чаще подобные чиновники были, все-таки, местными кадрами, как, например, Михаил Киблер.
Как правило, такие дела — частный случай расследований, когда, по версии правоохранительных органов, могли иметь место злоупотребления, связанные с заключением госконтрактов. Впрочем, аспекты развития цифровой инфраструктуры все в большей степени пересекаются с повесткой безопасности. Это может стать дополнительным мотивом для внимания силовых структур, в том числе к региональным кураторам цифровой сферы.
Как часто бывает в случае с антикоррупционными расследованиями, выше вероятность, что следующие дела в отношении чиновников из цифровой сферы могут коснуться регионов, где позиции губернаторов воспринимаются как наименее устойчивые, а также ряда территорий Центрального Черноземья, ЮФО и новых субъектов РФ, где внимание силовых структур к работе таких управленцев может возрасти ввиду дополнительных вызовов в сфере безопасности.
При этом само по себе расследование в отношении одного и даже нескольких высокопоставленных чиновников из региональных правительств еще не является решающим ударом по аппаратным позициям соответствующих губернаторов. Но, как показывает опыт территорий, в которых периодически происходят подобные расследования, чем больше таких инфоповодов, тем чаще региональные элиты могут ориентироваться на слухи о возможности смены губернаторов и стараться активнее искать союзников за пределами областных администраций, в том числе в федеральных структурах. Кстати, влияние силовых ведомств на политическую ситуацию в таких регионах, как правило, тоже усиливается.
