На фоне снижения числа избирателей сокращается и конкуренция на выборах. По данным Центризбиркома, за последние пять лет численность граждан, обладающих избирательным правом, уменьшилась на 668 тысяч и составила 107,5 млн человек. Одновременно стало меньше и кандидатов на выборах в Государственную думу. В этом году зарегистрировано 3 505 выдвиженцев, в том числе самовыдвиженцев, тогда как в 2021 году их насчитывалось 6 474.

Сокращение количества избирателей – это тенденция неполитическая, а отражающая то, что происходит с нашей демографией и с мобильностью людей. Потому что, к большому сожалению, как и ранее продолжается отток людей в столичные регионы, так и сейчас продолжается демографический спад, и естественная убыль населения тоже никуда не пропала. Не сказала бы, что это какие-то катастрофические цифры по снижению количества избирателей. Просто выборы в Госдуму, как и президентские, это всегда важная точка отсчёта, на которую мы все пристально смотрим, а на самом деле эти процессы происходят каждый год.

Что касается конкуренции, то мне кажется, здесь вопросы есть к трём социальным группам, как минимум в самом-самом максимальном приближении.

Первая – группа, называемая администраторами выборов, которые в этом сезоне практически открытым текстом говорят, что не надо устраивать бойню, не надо устраивать соревнования. Выборы как бы есть, и их как бы нет. Все едины, все консолидированы. И с одной точки зрения, это ответ на ту ситуацию, в которой мы сейчас живём – у нас идёт СВО, и все действительно забывают политические распри, потому что все мы работаем на победу. С другой стороны, это превращает выборы в Госдуму в довольно механическую машину. У нас не так много наружной политической рекламы сейчас, не так много в соцсетях что-то происходит. То есть той небывалой активности, которая каждый раз проявлялась во время выборов в Госдуму, просто нет. Выборы как бы проходят в параллельной вселенной.

Второй слой людей — это сами участники выборов. Сами политики, сами партии, сами кандидаты. И надо сказать, что среди них-то тоже не так много людей, которые готовы к конкурентной борьбе. Я говорю это, основываясь на высказываниях коллег, которые сейчас либо уже поработали в регионах и съехали, либо продолжают работать в регионах, либо поменяли регион. Практически везде компании идут беззубо, без яркой борьбы, без конкуренции. И это тоже отражает, как рекомендации администраторов, так и сами настроения партий. Устраивать большую драку, когда нам всем нужна просто победа, действительно как-то нелогично. И плюс утерян навык такой борьбы – мышца не натренирована. Выборы довольно долго и старательно старались заадминистрировать, и вот они заадминистрировались.

И третья социальная группа — это сами избиратели. Мне всегда интересно, когда их спрашивают: «Им-то что-то надо? Им нужна конкуренция? Им нужно огромное количество людей, из которых будет ещё сложнее выбрать?». И выясняется (я сейчас говорю из опыта проведения фокус-групп в нескольких регионах и опять же из высказываний коллег), что далеко не многие хотели бы какой-то схватки. Люди сейчас говорят: «Непонятно, как выбрать, непонятно, на что ориентироваться. Уже просто пусть будут, да и всё». Это тоже некий промежуточный итог, к которому мы пришли. Здесь работает множество факторов. И та самая заадминистрированность выборов, и усталость от политики в целом, и нежелание в этом разбираться со стороны простых людей, самих избирателей. И, что тут скрывать, усталость от войны, которая идёт достаточно долго, и не очень понятно, каким образом будет завершена. Это тоже влияет на настроение.

Поэтому в точке нынешних выборов в Госдуму сошлись тенденции, похожие демографические, социальные, политические и психологические. И это все органично слилось практически в выборы без выборов. Это не хорошо и не плохо, я просто констатирую факт, не относясь к этому ни позитивно, ни негативно. Это данность, которую мы получили в этом году.