Я бы хотел остановиться на нескольких аспектах выборов. Первый – феномен явки и процедуры трехдневного голосования. Явка действительно феноменальная. Выше, чем на соответствующих выборах в 2015 году, выше, чем на голосовании по поправкам к Конституции. Одна из причин – лояльный электорат был мобилизован в большей степени, чем протестный. Но меня удивляет другое: при колоссальном росте явки (в некоторых регионах он двукратный) нет масштабного количества нарушений. Число жалоб кратно упало по сравнению с предыдущими выборами. Этот феномен требует объяснения. Может быть, недостаточен масштаб наблюдения у оппозиционных партий. Может быть, те приоритеты по контролю за законностью и легитимностью выборов, которые поставила власть, сработали. Может, есть другие причины. Я предлагаю подумать над этим вопросом.

Явка, конечно, изменила картину в пользу лояльного голосования. Получили очень серьезные результаты губернаторы, врио. Кампании, где ожидались проблемы (Иркутская и Архангельская области), получили положительный результат, хотя ниже, конечно, чем в других регионах.

Отдельно по Иркутску я хотел бы сказать. У нас были доклады и по Архангельску, и по Иркутску, мы прогнозировали второй тур. Вероятность была средняя. Мой ответ на этот вопрос: не было воли к победе у компартии, не работала электоральная машина, как на прошлых выборах. Заинтересованности в победе мы не видели, и Щапов мощной агитационной кампании не вел. Хотя она выглядела в начале той электоральной эпопеи неплохо. И даже скандал с китайской агитацией, который был в финале, не помешал мобилизации электората в пользу Кобзева. Хотя он был неидеальным кандидатом по целому ряду моментов.

Это выборы лоялистской мобилизации, которая сработала, а протестная – нет. Но так будет не всегда. Были и «опрокидывающие», и жесткие голосования. Возможность привести людей будет использована оппозицией, когда она этот механизм и эти схемы поймет. Я думаю, мы это еще увидим.

В целом выборы легитимные, жалоб практически нет. Многие эксперты говорили, что удивительная тишина и спокойствие.

Губернаторы, которые были избраны, – люди разные. Есть ветераны, есть врио из известного инкубатора РАНХиГС, есть и представители оппозиционных партий, но встроенные в систему лояльности и госуправления, как Островский и Николаев.

Конечно, эта победа – это косвенное признание эффективности кадровой политики Владимира Путина. Где-то сыграла роль политическая инерция, значит, ставки на нее оправдались.

«Единая Россия» – это победитель выборов. Когда говорят, что в некоторых городах не большинство, то нужно учитывать ряд факторов, ту же пандемию. Кроме того, важен реальный политический контроль, а не цифры голосования.

Причины – это реальный ответ на общественный запрос, прежде всего в социальной сфере. Многие считали рутинными те встречи, которые проводила «Единая Россия», но тем не менее это все сработало, за исключением Тамбова и двух сибирских городов.

«Единая Россия», безусловно, стала центром волонтерства на выборах. Другие партии об этом задумались позже, подход этот не реализовали.

Вопрос о КПРФ. Партия заявила, что не признает выборы там, где были сняты кандидаты. Мне кажется, это проблема. Как было необходимо восстанавливать диалог с ЛДПР после ареста Фургала, так и теперь надо восстанавливать эффективный диалог с КПРФ. Эта партия является становым хребтом нашей политической системы, и ее маргинализация может, на мой взгляд, привести к определенным рискам. Она может стать по характеру другой – превратиться в радикальную структуру. Это риск, который нужно учитывать.

Что касается новых партий, то они показали неплохие результаты. «Новые люди» прошли во все четыре законодательных собрания, где участвовали. У «Родины» результат чуть лучше. Партия «танчиков» не очень эффективно выступила. Зеленая партия теперь же есть у нас в регионах. Конвертируется ли эта победа автоматически в победу на парламентских выборах? «Левада-Центр» дает ответ: согласно опросу, из определившихся избирателей на парламентских выборах свой голос за «Новых людей» отдали бы 1 %. При этом у «Яблока» – 2 %, у КПРФ – 3 %, у «Единой России» – более 40 %.

Сейчас новые партии, прежде всего «Новые люди», находятся в фазе эйфории и делают ставку на преодоление 5%-ного порога, то есть на списки. Мне кажется, им надо ставку делать на одномандатные кампании. Если есть ресурс, лучше 10 одномандатников провести – это будет 2 %. 5%-ный порог даже «Яблоко» в свое время не преодолело. Просто это очень серьезная мобилизационная кампания. Уровень информированности населения об этих партиях еще не высок.

«Умное голосование» по регионам показало разный уровень эффективности. В целом же оно не удалось. Причина первая: у такой кампании должен быть драйвер, лидер. Им был Навальный, теперь по понятным причинам он им быть не может. Второе: нужен спусковой крючок, нечто такое, что запускает такую кампанию, протестную мобилизацию. Таким триггером могли быть реальные масштабные нарушения, но их не было – и, я думаю, не будет и в 2021 году. Поэтому такие проекты вряд ли выстрелят в дальнейшем. Мне кажется, модели протестных голосований должны быть другими.

К парламентским выборам формируется обновленная коалиция в поддержку власти. Что должно быть в основе этой коалиции? Конечно, это «Единая Россия». Эта партия будет решать, с кем взаимодействовать, выстраивать новые коалиции.

 

Send with Telegram
bookmark icon

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: